logo logo
Сообщество робототехников

Восстание роботов или наше светлое будущее глазами Курцвейла

Четверг, 17 Июля 2014, в 8:11
Мнение

Рэй Курцвейл привлек много внимания своим термином «сингулярность», рассказывая о моменте, когда искусственный интеллект станет лучше человеческого. И сейчас этот человек, который надеется стать бессмертным, пытается найти ответы на все те же вопросы, только от имени технического гиганта Google

Фильмы о Терминаторе показывают будущее, в котором роботы стали обладать разумом и воевать против человечества. Рэй Курцвейл считает, что машины могут обзавестись сознанием в 2029 году, но он с оптимизмом смотрит на судьбу людей.

С чего можно начать представлять Рэя Курцвейла? Сложный вопрос. Возможно, с того, что он принимает по 150 таблеток в день и каждую неделю, внутривенно, невообразимый список витаминов, диетических добавок и веществ, само название которых звучит так научно, что сложно выговорить: коэнзим Q10, фосфатидилхолин, глютатион...

Или может с того, что он верит в свои высокие шансы жить вечно? Ему просто нужно оставаться в живых достаточно долго, чтобы дожить до времени, когда появятся технологии продления жизни (ему 66 и он верит, что некоторые представители послевоенного поколения смогут дожить до такого). Или даже с того, что он предсказывает превосходство компьютеров над людьми через 15 лет? Что они будут умнее нас. Не только лучше в подсчете чисел и прокладывании маршрута. Они это уже умеют. Но смогут понимать то, что мы говорим, учиться из опыта, шутить, рассказывать истории, флиртовать. Рэй Курцвейл считает, что в 2029 году компьютеры смогут делать все вещи, которые умеют делать люди. Только лучше.

Свои теории могут строить все. Просто теории Курцвейла обычно сбываются. И будучи успешным технологом и предпринимателем, он изобрел устройства, которые изменили наш мир – первый планшетный сканер, первую компьютерную программу, способную распознавать тип лица, первый синтезатор речи из текстовой информации и множество другого. Он всегда был важным и влиятельным сторонником искусственного интеллекта и проектов, которые почти не находили поддержки у других.

А сейчас? Сейчас он занимает должность технического директора в Google. Рэй Курцвейл верит, что мы можем жить вечно, и что компьютеры обретут что-то наподобие сознания чуть больше, чем через десятилетие. Само объявление об этом в прошлом году было удивительным. Для людей, которые работают с технологиями или интересуются ими и знакомы с термином Курцвейла «сингулярность» (некий момент в будущем, когда машины сравняются с людьми) и знают его как прекрасного вольнодумца и мечтательного футуролога, одержимого долголетием, это была самая главная новость.

Но дальше – больше. Стало известно, что Google собирается создать одну из самых невероятных лабораторий по изучению искусственного интеллекта на планете; лабораторию, в которой будут использовать такой ресурс, которого мир раньше не видел: действительно огромные данные. Наши данные. До мельчайших подробностей нашей жизни.

Google приобрела почти каждую известную компанию по разработке робототехники. Огромная сумма была потрачена на Boston Dynamics, которая занимается впечатляющими и пугающе жизненными военными роботами. На производителя смарт-термостатов Nest Labs было потрачено 3,2 миллиарда долларов. А за 242 миллиона был выкуплен секретный и продвинутый британский стартап по разработке искусственного интеллекта DeepMind.

И это только крупные сделки. Ещё были Bot&DollyMeka Robotics, Holomni, Redwood Robotics, Schaft, и ещё один ИИ-стартап –DNN research. Компания наняла Джеффа Хинтона, британского компьютерного ученого, вероятно лучшего в мире специалиста по нейронным сетям. Если бы искусственный интеллект был действительно возможен, то Google, вне сомнения, была бы передовой и в этом плане. Будущее, которое мы не можем даже вообразить, будет принадлежать этой компании.

Но в лексиконе Рэя Курцвейла нет слова «если», о чем становится понятно, когда встречаешься с ним в его новом доме – роскошных апартаментах в Сан-Франциско, которые стали эмблемой эпохи Google для города. Курцвейл не соглашается на «если» и не сомневается, и самое главное, никогда не сомневается в себе. Хотя его немного шокировало то, что у него «впервые в жизни появилась работа» и для этого ему пришлось переехать с восточной части страны, где осталась его жена Соня.

 

 

Билл Гейтс называет его «лучшим предсказателем будущего искусственного интеллекта». Он получил 19 почетных докторских степеней и является общепризнанным гением. Но он не относится к тому типу гениев, которые кипятят чайник. Он предложил мне кофе, пошел на кухню, налил в чайник воды, насыпал ложечку растворимого кофе в чашку и залил её некипяченой водой из чайника. Он посмотрел на нерастворенные комочки, и пока я думала, стоит ли ему что-то сказать, добавил миндальное молоко (отказ от молочных продуктов – одно из его многочисленных правил), я вежливо поблагодарила его и поняла, что это была худшая чашечка кофе в моей жизни.

Но у него в мыслях – другие вещи. Дляначала, будущее. Ито, какимонобудет. Он годами делал предсказания о будущем, с тех пор, когда понял, что один из ключевых факторов успешного создания новых продуктов – их создание в нужный момент, и «как инженер, я собирал много данных». В 1990-х, он предвидел, что компьютер сможет переиграть в шахматы чемпиона мира до 1998 года. В 1997 году компьютер DeepBlue от IBM выиграл партию у Гарри Каспарова. Он предвидел большой бум Интернета, когда им пользовалось лишь несколько ученых. Он предвидел сотни других вещей, которые сбылись или скоро сбудутся, к примеру, что до 2000 года роботические ноги позволят парализованным людям ходить (военные инженеры США сейчас испытывают костюм «Железного человека»), и что «кибернетические шоферы» будут способны водить машины (чем активно занимается Google).

Его критики указывают на то, что не все его прогнозы сбылись (ни одна американская компания не преодолела отметку рыночной капитализациив 1 триллион долларов; биоинженерное лечение пока что не способно лечить рак). Но, в любом случае, он не зарабатывает себе на жизнь предсказаниями. Они основываются на его мнении о том, что технологии прогрессируют экспоненциально (аналогично закону Мура: производительность компьютеров удваивается каждые два года). Но чтобы это понять, нужно откопать старый мобильный телефон. Проблема в том, что люди не думают о будущем в таком контексте. «Наша интуиция – линейная».

Когда Курцвейл впервые заговорил о «сингулярности» (причудливое слово, которое он одолжил у писателя-фантаста Вернора Винджа), его назвали мечтателем. Годами он утверждал, что верит в момент Тьюринга – момент, в который компьютер продемонстрирует разумное поведение, эквивалентное или неотличимое отчеловеческого, и он наступит в 2029. Разница в том, что когда он начал это утверждать, ещё даже не был придуман факсимильный аппарат. Но сейчас – это уже совсем другая история.

 

«Моя книга Эпоха духовных машин вышла в 1999 году и на конференции в Стэнфорде, посвященной ИИ, мы спрашивали людей о том, когда наступит момент Тьюринга. Большинство сказали: через сотни лет, а многие посчитали, что никогда. А сегодня, я солидарен с экспертами, и аудитория с ними также соглашается. Это потому что люди видели такие вещи, как Siri [голосовое распознавание в iPhone] и самоуправляемые автомобили Google. Мои взгляды больше нерадикальные. Я просто оставался настойчивым. Мнение изменяет остальной мир».

 

И все равно, мы ещё не можем полностью понять что это значит. Фильм Спайка Джонза «Она», в котором показывается ближайшее будущее и то, как Хоакин Феникс влюбляется в операционную систему, не такая уж и фантастика, говорит Курцвейл. «Драматический эффект достигается за счет того, что любовь Теодора не имеет тела», – написал недавно Курцвейл в своем обзоре фильма, – «Но в будущем будет технически возможно достичь эффекта её виртуального визуального присутствия в дополнение к аудио-присутствию».

Специалист считает, что в 2045 году компьютеры будут в миллиарды раз мощнее, чем весь человеческий разум на Земле. И создание аватара неживого существа, подобно фильму Джонза – идея, которую он поддерживал годами. Он собрал все работы своего отца в архиве и верит, что в будущем его возможно будет воссоздать.

Пока что это напоминает научную фантастику. Но новая компания Курцвейла – не какая-нибудь футуристическая мега-корпорация, одержимая мировым господством. Это не Скайнет. Хотя может и так, а мы думаем о ней как о полезном поисковом движке с классным дизайном. Курцвейл несколько лет работал с сооснователем Google Ларри Пейджем над особыми проектами. «Мы общались об ИИ и о том, чем занимается Google и чем занимаюсь я. И он просто сказал: делай это здесь, с нами; у тебя будет свобода, как в своей компании, но у тебя также будут ресурсы Google».

И это такие ресурсы, которых ещё не видел мир. Например, огромные базы данных, которые появились в результате того, что Google пользуется больше 1 миллиарда человек в день. И технология KnowledgeGraph, которая состоит из 800 миллионов концептов и миллиардов связующих контактов между ними. Это сама по себе нейронная сеть, массивный глобальный «мозг». Может ли он обучаться? Может ли он думать? Это вопрос, над которым работают одни из умнейших людей на планете.

Питер Норвиг, директор по исследованиям в Google, недавно сказал, что компания «нанимает менее 50%, но точно более 5% мировых первоклассных экспертов машинного обучения. И это было до приобретения DeepMind, которая согласилась с условием, что Google предварительно проанализирует влияние машинного обучения, когда оно будет в руках у самой мощной компании на планете. Каким будет машинное обучение, когда машины научатся принимать самостоятельные решения и приобретут то, что мы, люди, называем сознанием.

 

Гарри Каспаров играет в шахматы с компьютером DeepBlue от IBM

 

Впервые я увидела роботов Boston Dynamics в деле на презентации в Университете сингулярности, основанном Рэем Курцвейлом и Google, который посвящен экспоненциальным технологиям. Член факультета робототехники Дэн Барри с некоторой тревогой говорил о том, что может значить технология: «Я не вижу конечной точки в сфере военных роботов. В какой-то момент люди будут недостаточно быстрыми. Поэтомуихпопытаютсясделатьавтономными. Икчемуэтоприведет? КТерминатору?»

Описание должности Курцвейла состоит из одной строки. «У меня нет инструкции работы на 20 страниц. Все вмещается в одно предложение. Помогать Google обрестипонимание естественного языка. А как это сделать – зависит от меня».

Он считает, что язык – это ключ ко всему. «Мой проект – реализовать поиск на понимании того, что язык действительно значит. Когда Вы пишете статью, Вы не создаете интересный набор слов. Вы хотите что-то сказать, и Google хочет упорядочить и обрабатывать мировую информацию умным образом. ПосланиеВашейстатьи – информация, икомпьютерыотэтогоотстают. Так что мы хотим, чтобы компьютеры читали. Мы хотим, чтобы они читали все в Интернете, каждую страницу каждой книги, а потом могли начать умный диалог с пользователем и отвечать на их вопросы».

Google будет знать ответ на Ваш вопрос ещё до того, как Вы спросите. Он прочитает каждое электронное сообщение, которое Вы когда-либо писали, каждый документ, каждую идею, которую Вы набирали в поисковике. Он будет знать Вас лучше, чем Ваш интимный партнер. Возможно даже лучше, чем Вы сами.

Самым успешным примером обработки естественного языка был компьютерWatson от IBM, который в 2011 году выиграл игру-телешоу Jeopardy. «Jeopardy – достаточносложнаязадача. Онавключаетулыбки, шутки, изагадки. Мы не обращаем внимания на то, что знания Watson не были запрограммированы вручную, компьютер получил их от чтения. В первую очередь, Википедии.

Курцвейл говорит: «Компьютеры скоро будут читать и понимать семантический контент языка, но не на уровне человека. Они могут прочитать в миллионы раз больше материала, чем люди, поэтому они компенсируют все количеством. Так что Watson от IBM не читает каждую страницу так же как и человек, но он способен прочитать 200 миллионов страниц в Википедии. И в общем, моя задача – превзойти возможности Watson, будучи в компании Google. Конкретнее – заставить компьютер прочитать десятки миллиардов страниц. Watson не понимает значения того, что он читает. Он совершает в некотором роде сопоставление шаблонов. Он не понимает, что если некий Джон продает свой красный Volvo некой Мэри, то это включает передачу собственности. Он не понимает такой информации, так что мы попытаемся запрограммировать её, научить систему понимать значение читаемых документов».

А когда компьютеры научатся сами читать свои инструкции, то завладение вселенной окажется для них простой задачей. Тем не менее, Курцвейл, будучи техно-оптимистом, не беспокоится о перспективах быть захваченными сверх-расой свободных айфонов со своей собственной идеологией. Он считает, что технология нас дополнит. Сделает нас лучше, умнее, здоровее. Как мы передали задачу запоминания телефонных номеров электронным устройствам, так же мы и привыкнем к нанотехнологиям, сужающим нашу кровь и усиливающим мозговые клетки. Этот телепатический поисковой движок станет нашим кибернетическим другом. Курцвейл не впечатлен устройством GoogleGlass, потому что он не хочет создавать никаких технологических фильтров между нами и реальностью. Он лишь хочет, чтобы реальность была лучше.

 

«Я как-то задумался: если бы у меня были все деньги на свете, чего бы я хотел? Определенно, этого. Заниматься этим проектом. Для меня это не новое хобби. Эта идея уходит в прошлое на 50 лет. Я более 50 лет думаю об искусственном интеллекте и о том, как работает мозг».

 

Подтверждение этому можно найти по всей квартире. Он показал мне комикс, который он нарисовал в 60-х, где мозг – это главный герой. И там есть снимок телешоу, в котором он участвовал в свои 17 лет со своим первым изобретением: запрограммированным компьютером для создания оригинальной музыки. На стенах квартиры висят картины, нарисованные компьютером, который был запрограммирован создавать оригинальные художественные работы. Также здесь есть альбомы с историями его родственников, дядей и тетей, которые бежали с нацистской Германии во время операции «Киндертранспорт», а также его прабабушки, которая создала первую в Европе школу с высшим образованием для девушек.

 

Курцвейл говорит, что язык – это ключ, который поможет научить машины думать. Его задача – внедрить в поиск понимание языка

 

Его дом – это сверкающие апартаменты в сверкающем жилом комплексе с большими стеклянными окнами и современной отделкой, но он наполнен значением и воспоминаниями, которые не сможет понять ни одна машина. Его родственники избежали холокоста, потому что «они использовали свой ум. Это как раз и есть философия моей семьи. Сила человеческой идеи. Я помню, как мой дедушка приехал после своего первого повторного путешествия в Европу. Мне было семь и он рассказал, что ему посчастливилось подержать в руках оригинальные документы Леонардо да Винчи. Он говорил о них так, как будто это были священные документы. Но их дал нам не Бог. Их создал человек. Один человек был очень влиятельным и смог изменить мир. Человеческие идеи изменили мир. И это единственное, что может изменить мир».

У Курцвейла нет ни грамма сомнений насчет вечной жизни. «Мой жизненный режим должен стать примером для моих ровесников. Большинство из них просто смирились с обычным циклом жизни и с тем, что они приближаются к окончанию своих продуктивных лет. Это не для меня. Информационные технологии сегодня заполонили медицину и будут стремительно развиваться. Впереди нас ждут существенные изменения. Согласно моей модели, благодаря прогрессу, через 10-15 лет мы будем с каждым годом повышать наши ожидания продолжительности жизни на один год. Это будет переломный момент».

В такие моменты в его глазах появляется искорка. Или, по крайней мере, полная уверенность в своих словах. Недавно один из его коллег, пожелавший сохранить анонимность, сказал: «Рэй переживает один из самых серьезных кризисов среднего возраста, через которые когда либо проходили мужчины».Его взгляды на питание явно имеют психологическое влияние. Он потерял любимого отца в 22 года, умершего от сердечного приступа, а в возрасте 35 лет, у него был обнаружен диабет, что заставило его пересмотреть диету.

Но что если он просто на эмоциональном уровне не хочет принять тот факт, что все мы стареем и, в конце концов, умираем?

 

«Я считаю, что это хорошее объяснение, потому что наша мгновенная реакция, когда мы слышим новости о чьей-то смерти, говорит: это нехорошо. Нам грустно. Это трагедия. Так что на протяжении тысяч лет мы давали этому разумное объяснение:‘Трагедия? Это наоборот хорошо!’ Одна из основных целей религии – придумать историю, которая утверждает, что смерть – это хорошо. Но это не так. Это трагедия. И люди думают, что мы хотим жить несколько сотен лет. Но все по-другому. Мы говорим о радикальном продолжении и улучшении жизни. Мы говорим о том, чтобы сделать себя в миллионы раз умнее и создать среду виртуальной реальности, которая была бы такой же фантастической, как и наше воображение».

 

Наверное, поэтому критики Курцвейла, например, биолог Пол Захари Майерс, называют его теории «очень странным сочетанием хороших и сумасшедших идей. Это если бы Вы взяли много очень хорошей еды и немного собачьих фекалий, и смешали все так, что невозможно было бы разобрать: что хорошее, а что плохое». Или Джарон Ланьер, который одновременно называет его «гением и продуктом нарциссического возраста».

Но именно упрямствосвоего мнения стало основой его успеха, и позволило заработать состояние ещё когда он был подростком, и он не собирается сдаваться сейчас. Будет ли он жить вечно? Я надеюсь! Потому что будущее почти здесь. И, похоже, это будет то ещё приключение!

рейтинг

2425

просмотров

0

комментариев

порекомендовать друзьям

комментарии

Нет комментариев

Гость

Дорогие друзья! Помните, что администрация сайта будет удалять:

  • Комментарии с грубой и ненормативной лексикой
  • Прямые или косвенные оскорбления героя поста или читателей
  • Короткие оценочные комментарии ("ужасно", "класс", "отстой")
  • Комментарии, разжигающие национальную и социальную рознь